От площади Кондратюка до площади Никитина

Сегодня я расскажу о двух гениальных инженерах-строителях, которым наш город обязан многим. Но сперва хочется ответить на вопрос, который часто задают заинтересованные читатели. А звучит вопрос примерно так: «В ваших статьях правда часто перемешана с вымыслом. Как здесь отличить одно от другого? И если это легенды, то почему они идут под рубрикой «История нашего города»?..» Отвечу. Во-первых, легенды сами по себе история. Если подобные байки складываются в головах наших граждан, то, значит, они отражают какие-то процессы, на которые не обращает внимание официальный историк. И основную свою задачу автор видит прежде всего в том, чтобы знакомить Вас с, так сказать, «достоверными легендами». Что такое «достоверная легенда»? Это такая история, которую слышал неоднократно. От самых различных людей, совершенно незнакомых друг с другом. Лучше всего, когда такая легенда повторяется вновь с другим человеком слово в слово с разрывом в 10 и более лет. От этого рассказ не становится более правдивым, но превращается в «достоверную легенду». Раз она так устойчива и так долго живет, то, значит, так надо. И не дело автора ломать голову над причиной этого. Хотя бывает, что и один-единственный раз услышишь историю, но такую яркую и невероятную, что чутье сразу подсказывает, что это не досужий вымысел на пустом месте, а легенда, достойная стать «достоверной», но, может быть, только в следующем поколении. Как отличить в статье легенду от факта? Автор должен сознаться честно, что этого не знает. Он, конечно, везде старается говорить, что взято из истории официальной, а что из городских баек, так сказать, из «истории не занесенной на скрижали». Но в том-то и беда, что разница здесь невелика. И если легенды не так уж часто оборачиваются историческим фактом, то факт становится выдумкой сплошь и рядом. Как, например, в истории Юрия Васильевича Кондратюка, инженера-строителя, прославившего наш город. Широко о нем у нас заговорили вскоре после первых космических полетов. Дело в том, что еще в 1929 году он издал в Новосибирске книгу «Завоевание межпланетных пространств» и добросовестно просчитал схему полета на Луну, которой потом с успехом воспользовались американцы. Новосибирск стал второй Калугой, родиной космонавтики. Не шутка! А попал Кондратюк в Новосибирск, чтобы строить для конторы «Хлебопродукт» склады и элеваторы. Некоторые стоят до сих пор. Не ахти какие привлекательные объекты архитектуры, но все же! Самый выдающийся из них – склад «Мастодонт», к сожалению, был поставлен не в Новосибирске, а в области. Вот он-то действительно производил впечатление! Гигантская деревянная конструкция была создана, как говорится, «без единого гвоздя» (без единой несущей стальной детали). Ребра чудовищного склада и впрямь напоминали скелет древнего животного. Несколько лет назад этот шедевр разобрали на дрова без зазрения совести. В этом смысле второму герою нашего рассказа Николаю Васильевичу Никитину повезло больше. Его творения сносить у нас пока не собираются. Это вокзал «Новосибирск-Главный», спорткомплекс «Динамо», Дом под часами, гостиница «Сибирь» («Центр России»)… - Постойте! – спросите Вы. – А как же архитекторы Гордеев, Тургенев, другие, который считаются авторами этих прекрасных зданий?.. В том-то и дело, что Николай Васильевич Никитин был здесь не архитектор, а инженер. Он рассчитывал опоры, балки, перекрытия, фундаменты. Создавал «скелеты» для тел зданий, без которых их могучие масштабы были бы невозможны. Кондратюк и Никитин были друзьями. По легенде, они совершенно случайно познакомились на Красном проспекте, там, где сейчас центральный фонтан. Как передают, они подошли друг ко другу не сговариваясь. Ведь у них было так много общего! Оба они верили в невозможное, что сразу выделяло таких людей из толпы. Кондратюк жил на улице Нерчинской, дом №27. (Сейчас такого дома и такой улицы нет. А шла она параллельно Нарымской, ближе к вокзалу). Это, действительно, очень близко к площади, которая носит теперь его имя. А Никитин жил в разбойной Нахаловке. Многие улицы там до сих пор никак не называются, и есть дома без номеров. Так что и дом, где он жил, назвать сегодня трудно. А вот назвать его именем площадку перед театром «Глобус» - легко.. Ведь не станет же мэр вешать доску из мрамора на деревянную халупу, даже если она и сохранилась?! В 1932-33 годах друзья работали над проектом ветровой электростанции в Крыму. Оба они покидают Новосибирск и больше сюда не вернутся. Особенно рад этому Кондратюк. В Новосибирске, где вышла его гениальная книга, на самом-то деле пришлось ему несладко. Как рассказывают, гениальный чудак нелепо смотрелся в Новосибирске. Его избыточная волосатость отталкивала женщин и даже приятелей повергало в оторопь то, что дома он спал совершенно голый и без одеяла на дощатом полу. Как Рахметов. В довершение всего, в конце 20-х годов «сибирский Циолковский» попадает в список «лжеспециалистов» и его берут под арест как вредителя. Но дальше Сибири не сошлют, а он и так уже здесь, и потому трудится на Советы и дальше как ни в чем ни бывало. В октябре 1941 года Кондратюка призовут на фронт из Москвы, и, как считается, вскоре погибнет в возрасте 44 лет. Он войдет в историю как гений Страны Советов, рабочий-самоучка с Полтавщины, именем которого назовут кратер на обратной стороне Луны. Ну, а Н.В.Никитин успеет еще совершить много невероятного. Он примет участие в строительстве московского Дворца Советов – несбывшегося проекта века, в строительстве МГУ. Он рассчитает колоссальную статую на Мамаевом кургане и, наконец, поставит легендарную Останкинскую телебашню, которая долгое время считалась самой высокой в мире. Умрет Никитин в марте 1973 года, окруженный учениками, представляя собой убедительный пример удавшейся биографии советского инженера-строителя. Таковы факты. Но, как я и говорил вначале, факты всегда готовы обернуться выдумкой, и, что и мы будем ставить теперь на их место, мне не известно. Сперва подвел Кондратюк. Когда в 70-е годы на Полтаву стали приезжать журналисты, чтобы пообщаться с родственниками советского гения-героя, их там принимали в штыки: - Куда дели нашего Кондратюка? Ваш сибиряк – самозванец! В конце-концов выяснилось, что никакого рабочего-самоучки Кондратюка не существовало. А был Александр Игнатьевич Шаргей – потомственный дворянин, студент Петербургского Политехнического и белый офицер, который принимал участие в «ледяном походе» Корнилова, служил у Деникина… В конце Гражданской он наварил вкрутую яиц, порубил их в яичный порошок и дал тягу через советскую границу. Но был схвачен. Во время ареста ему удалось получить документы на имя Кондратюка и после бежать в Сибирь, подальше от столичных властей. (Есть, правда, слухи, что Шаргей сам убил Кондратюка, но красивой легенды нет, а потому не будем об этом…) Это все факты. А вот что будет дальше – решайте сами. Выяснилось, что и с гибелью ученого-героя не все гладко. Нашлись люди, которые видели Шаргея-Кондратюка живым еще в 1942 году. На острове Пенимюнде, где Вернер фон Браун строил фашистские ракеты Фау были найдены рабочие тетради ученого, а американцы считают датой его смерти 1952 год. Так и родилась легенда о смелом белогвардейце, который зимой 1942 года перешел линию фронта под Москвой и продолжал свою борьбу с большевизмом сперва у немцев, а потом и в Америке, где он жил под именем Джона Хуббалда, принимая участие в проектах NASA. Спорю, что очень долго еще нашу площадь Кондратюка не переименуют в площадь Шаргея. Поэтому Александру Игнатьевичу не очень-то повезло: имени своего он не прославил – и кратер на Луне и астероид названы в честь простого парня с Полтавщины – Юрия. И с Никитиным не все так просто. Нет, жил он под своим собственным именем и в белом движении участия не принимал (не мог, хотя бы по возрасту). …Вспоминаю, как в детстве нам демонстрировали инженерный принцип, на котором поставлена Останкинская телебашня. Брали десятка два пустых деревянных катушек из-под ниток, складывали их длинной колбасой, а внутри пропускали крепкую суровую нить. Эту нить прикрепляли к крайней катушке, а потом стягивали ей всю конструкцию. Получалась высокая башенка из элементов, не скрепленных между собой ничем, кроме нити. Ее можно было поставить на попа, укрепив на полу куском пластилина. Стоит чуть нагнувшись, может прогнуться, но стоит… После пожара в Останкинской башне полопалось много тросов, но башня устояла. Теперь говорят, что их можно убрать совсем, ведь не на них она вовсе держится. Секрет не в этом. А в чем? Опять факт оказался выдумкой. Высотой этой башни, которую сегодня хотят назвать Никитинской, - 535 метров. Говорят, она могла быть намного выше, но начальство не поверило, побоялось. Японцы заказали проект в 4 километра. Тоже не поверили, побоялись… Сам Никитин был уверен в устойчивости дома высотой в километр, а сечением всего в считанные десятки метров. Такие теперь будут строить американцы в Нью-Йорке на месте разрушенных башен Торгового центра. Башня Никитина вошла первым номером в число великих строений 20-го века, ее автор – в первую тысячу гениев России наравне с Пушкиным и Менделеевым (Кондратюк – не вошел). Но сам он, говорят, терял интерес к любому проекту, который был ниже его башни. А было таких большинство. Вот и думаешь о Никитине: хоть его и признали гением, но как инженеру-строителю ему так и не дали полностью состояться. И нет той Луны, на обратной стороне которой следует написать его имя…

Ключевые слова: История Новосибирска