Ясность никогда не бывает лишней

Развод или смерть близкого человека – всегда трагедия, пережить которую тяжело. Но еще тяжелее пережить фарс, в который нередко превращается процесс раздела имущества. Поэтому лучше договорится обо всем «на берегу», пока все живы, дружны между собой, пока не «сожжены мосты». Как и когда правильно оформить свадебный договор? - читайте далее... Ссорятся жена с мужем. Жена упрекает: «Почему ты всегда говоришь «моя машина, моя дача, мой гараж»? Это не твое, это все наше!» Муж молча складывает вещи в чемодан. «Что ты ищешь в нашему шкафу?» – спрашивает жена. – «Нашу бритву…» Ситуации, в которые попадают люди, разочаровавшиеся в совместной жизни, бывают подчас далеко не смешными. Судебные тяжбы длятся годами. Никто не хочет уступать ни пяди своей, как ему кажется, территории. На бытовом уровне процесс разрешения споров кому же сколько квадратных метров принадлежит, иногда доходит до членовредительства. Супруги Варфоломеевы, решив расторгнуть брак, договорились, дабы избежать лишних склок, разъехаться каждый к своим родителям, оставив квартиру, в которой до этого жили вместе, пустой. «Вот разведемся, тогда и продадим жилплощадь, а деньги разделим поровну», – предложил отставной глава семейства Георгий Варфоломеев. Жена Елена согласилась. Через месяц после того, как в паспорте под штампом о браке появился штамп о его расторжении, Елена явилась к бывшему мужу, чтобы решить квартирный вопрос. Каково же было ее удивление, когда оказалось, что квартира уже продана, а деньги разошлись. Отдать экс-супруге половину стоимости однокомнатной недвижимости на Затулинке Георгий в принципе отказался, сказав, что совместной собственностью является только имущество людей, состоящих в браке. Они с Еленой в браке уже не состоят, квартира записана на него, так что он и хозяин. Однако суд решил по-другому. Поскольку приобрели семейное гнездышко Варфоломеевы, будучи законными мужем и женой, значит и после развода оно остается их совместной собственностью вне зависимости от того, кто является формальным владельцем. И ни один из супругов не может производить никаких манипуляций с этим имуществом без согласия другого. Изменить ситуацию можно только путем нотариально заверенного отказа одного из супругов от своей доли совместной собственности. Так поступают мужья (правда, не все), когда уходят из семьи к другой женщине. Пострадали в конечном итоге покупатели. Им, согласно судебному вердикту, пришлось выселиться из уже обжитой квартиры. Сделку признали недействительной. От уплаченных денег несостоявшиеся новоселы получили обратно только часть – ту, которую Варфоломеев не успел промотать. В деле возврата другой части уповают на судебных приставов. Елена в ходе судебных разбирательств изменила свои требования и заявила, что денег ей не надо, а свою долю совместной собственности она хочет получить в квадратных метрах. Так что, теперь она занята поиском варианта размена однокомнатной квартиры на две комнаты. С Алесеем Агафоновым произошла другая история. Уютная однокомнатная на улице Революции досталась ему в наследство от бабушки. Как известно, имущество, полученное в результате безвозмездных сделок (дарение и наследование), является единоличной собственностью и разделу не подлежит. Так бы и жил Алексей в бабушкиной квартире, если б его жена Эльвира не настояла на расширении жилплощади. Произведя сложный обмен, супруги переехали с улицы Революции в Академгородок. Зато теперь квартира у них была двухкомнатная. Через год у Алексея и Эльвиры затеялся развод с неизбежным разделом имущества, в результате которого оба оказались в коммуналках. Эльвира на судьбу не роптала. Скорее наоборот. А вот Алексей был в трансе: «Ведь это моя квартира! У Эльвиры ничего не было. Все, что она вложила – оплата услуг агентства и переезд. Как же так?» – «Вашей была квартира на улице Революции, доставшаяся в наследство, – объяснили юристы, – Квартира в Академгородке – это уже не наследство, а совместная собственность, приобретенная в браке. Поскольку доли ваша и вашей супруги в совместной собственности не были определены, суд, согласно закону, признал их равными.» До недавнего времени в подобные ситуации попадали не только супруги, но целые семейные кланы. Приватизирует, скажем, семья из пяти человек трехкомнатную квартиру. Кому сколько квадратных метров в этой квартире принадлежит, нигде не оговаривается. Умирает один из членов семьи. Скорбящие родственники читают завещание, в котором сказано, что свою долю недвижимого имущества умерший оставляет такому-то члену семьи. А какой была его доля? Наследник утверждает, что это – большая комната с балконом. Остальные же члены семьи согласны выделить по завещанию угол в прихожей. Родственники начинают судиться. Конец многолетним заседаниям в судебных инстанциях различного уровня положил законодатель, заменив понятие «совместной собственности» на понятие «долевой собственности». Теперь, регистрируя сделку в Учреждении юстиции, собственники обязаны четко указать, кому из них какая доля имущества принадлежит. Исключение составили лишь супруги. Их имущество по-прежнему может считаться совместной собственностью. Многих это устраивает. Заключая брак, люди, как правило, стараются не думать о том, что может наступить такой момент, когда тот самый один шаг, который, согласно народной мудрости, отделяет любовь от ненависти, будет сделан со всеми вытекающими последствиями. Тем не менее, юристы Центрального Агентства Недвижимости советуют обезопасить себя от всех возможных неожиданностей. Сделать это можно следующим образом: пойти к нотариусу и оформить договор определения долей, в котором будет указано, сколько квадратных метров в квартире супругов принадлежит мужу, сколько жене и на каком основании. У суда не возникнет вопросов по поводу неравного разделения долей, если там будет четко сказано, что в покупку жилплощади муж вложил, скажем, 600 тысяч, вырученных от продажи своей прежней квартиры, в жена 100 тысяч. Можно расписать принадлежность мебели, предметов бытовой техники, домашней утвари, включая даже будущие приобретения, путем брачного договора. Причем последний можно составить как до брака, так и в течении совместной жизни. Марк Готлиб развелся с женой, как говорится, без шума и пыли, оставив благоверной городскую квартиру со всем содержимым и удалившись «на покой» в поселок Новый, где у Марка Ароновича был «запасной аэродром» – скромненький «коттеджик». Но, и в этой тихой гавани Марк очень скоро осознал, что «покой нам только снится». Бывшая жена заявила свои права и на коттеджик, и на джип, и на яхту, на борту которой стареющий бизнесмен находил отдохновение от житейских штормов. Самое интересное, что машину к тому времени Марк уже продал, а экс-супруга требовала разыскать покупателей, забрать у них дорогостоящее транспортное средство, продать его снова по той цене, которую назначит она, и половину денег отдать ей. Бывшая жена обвинила супруга в том, что он нарушил закон, не спросив ее согласия на продажу машины. Она была права, так как согласно Гражданскому кодексу, один супруг не имеет права распоряжаться без согласия другого не только квартирой, но и машиной, дачей, гаражом, овощехранилищем и прочим. Строчка об этом имеется в образцах договоров купли-продажи, вывешенных на стендах МРЭО ГИБДД и нотариальных контор. Другое дело, законность сделок с транспортными средствами и гаражами сложнее проконтролировать, так как они не регистрируются в юстиции. К счастью для Готлиба, у жены ничего не вышло. В документах на коттедж, на машину и на яхту было указано, что все эти вещи были приобретены владельцем до вступления брак, а значит, являются его личной, а не совместной собственностью.

Ключевые слова: Живые истории