Тридцать пять копеек за сажень

Сколько стоит наша городская земля? Этот вопрос был очень актуальным и для тех, кто селился на ней больше ста лет назад. В сегодняшнем знакомом облике Новосибирска еще можно найти не только “черты” его исторического прошлого, но и интересные детали, ответы на вопросы, до сих пор волнующие горожан. В конце 19 века на месте нашего города стояло ничем непримечательное небольшое село Кривощеково, где на фоне старых крестьянских домов выделялась лишь небольшая церквушка, деревянный купеческий особняк да каменная лавка. В апреле 1893 года, едва открылась навигация, его окрестности огласили мощные пароходные гудки. На правом берегу Оби высадился первый отряд мостостроителей, прибывших в Сибирь из Самары, где только что завершилось строительство железной дороги. Несколько позже конным поездом, состоявшим из шести экипажей, из Колывани сюда приехал главный инженер строительства Г.М.Будагов. Начались подготовительные работы к сооружению железнодорожного моста через Обь. Село стало мешать строительству и крестьянам было предложено переселиться на другой земельный участок в 3-4 верстах от Оби, что их совершенно не устраивало. Отказавшись “принять новый надел”, большинство стали самовольно селиться по берегам Каменки, у впадения ее в Обь. Осознав бесплодность попыток выдворить самовольщиков, власти решили размежевать поселок “на правильные кварталы, улицы и проулки” и взимать с поселенцев обязательную арендную плату за усадебное место по 1 рублю в год. Так начинался Новосибирск. К 1896 году в поселке уже насчитывалось почти полторы тысячи жилых домов , около ста торговых заведений. Одним из первых был “Универсальный магазин”, открытый колыванским купцом Е.А.Жернаковым, кстати, ставшим через несколько лет городским головой. Это торговое заведение стояло на бойком месте - недалеко от строящегося моста, у впадения Каменки в Обь ( в районе нынешнего автовокзала). Здесь располагалась и первая в поселке базарная площадь, отсюда начиналась главная улица будущего города – Николаевский (ныне Красный) проспект, для которого в густом бору прорубали просеку. Но в основном поселок рос стихийно, бессистемно. Межевщик управления Алтайского горного округа Кузнецов, не имевший профессиональных знаний, разработал первый план нового поселения. В нем намечались улицы, обрамлявшие прямоугольные кварталы, две площади. Но беспорядочная застройка все же продолжалась. Во многом это диктовалось и экономическими условиями. Новониколаевский поселок располагался на так называемых кабинетных землях, которые находились в собственности Кабинета Его Величества, и могли использоваться лишь за арендную плату, которая была немалой и год от года росла. Этим, кстати, пользовались предприимчивые дельцы, скупая земельные участке, чтобы затем получить выгоду. В 1900 году усадьбу размером 10 на 25 саженей арендовали за 100-200 рублей, а в 1903 – уже за 1500-2000 рублей. Земля сдавалась Кабинетом в аренду сроком на 24 года и более. При этом жители, не имевшие прав “городских обывателей”, вносили как арендную плату по месту жительства, так и подати по месту их прописки. Торговцы и промышленники платили также за право торговли или владения промышленным объектом. Только 13 феврали 1903 года царь дал согласие на преобразование Новониколаевского поселка в город и утвердил новые условия наделения его землей. Территория общего пользования в 4881 десятину (выгоны, площади, улицы) передавалась безвозмездно в собственность будущего города, а 582 десятины усадебной земли – на правах выкупа в сумме 350 тысяч рублей. Городские уполномоченные, исходя их предлагаемой выкупной суммы наметили плату за усадебные участки в различных районах города. В Вокзальной части она составляла 33 копейки за квадратную сажень земли, в центре города, между вокзалом и Каменкой – 35 копеек. Свободные участки, расположенные, главным образом, на окраинах города заселялись малообеспеченными семьями, ибо арендная плата здесь была самой низкой. Кроме того, образовался целый район самовольных поселенцев, избегавших непосильной для них арендной платы. Он располагался между линиями железной дороги и берегом Оби, недалеко от станции. Сами жители именовали его “Порт-Артур”, а власти - “Нахаловкой”. Михайловский лог, где ныне стоит ДК им. Октябрьской революции, и глубокий овраг Каменки рассекали город на две неравные части – привокзальную, которая застраивалась более интенсивно, и центральную. Улицы тянулись вдоль Оби и железнодорожной линии, берег занимали пристани, серые коробки складов, подсобных помещений, дощатые времянки. На Николаевском проспекте, растянувшемся на две версты, размещались дома зажиточных горожан, магазины, конторы, плотно прижатые друг к другу. Главную улицу пересекали забитые навозом и грязью рыночные площади – Старобазарная (близ устья Каменки) и Ярмарочная ( в центре). К проспекту примыкали тихие улицы с небольшими домами, окруженные бревенчатыми заборами. Лес на территории города вырубался для строительства и отопления, и лишь на Николаевском проспекте и улице Типографной ( ныне ул. Кирова) сохранялись деревья. 1910 году в общей городской панораме стали вырисовываться трубы немногочисленных промышленных предприятий, среди множества деревянных построек засверкали на солнце крыши добротных купеческих особняков. Неотъемлемым компонентом новониколаевской жизни стал извозчик. С первыми лучами солнца, когда паровозные и пароходные гудки перекликались с пением петухов, на улицах появлялись чиновники и купцы, спешащие на службу и в лавки, толпы рабочих, державших путь на пристань, в депо и на мельницы, извозчики на экипажах, телегах и бричках, быстро находили себе пассажиров. Согласно обязательному постановлению, легковые извозчики носили черные кафтаны с кушаком, шляпы или шапки. Перворазрядные извозчики выезжали летом на рессорных экипажах с фонарями, а зимой в санях, называемых “американками” с теплым меховым одеялом. В 1910 году городская управа выдала 289 знаков для легковых извозчиков, 1064 – для ломовых и 22 – для водовозных. С ростом городской экономики расширялись связи Новониколаевска с окрестными селениями, особенно с левобережной стороной Оби. С лета 1908 года была налажена переправа через реку с помощью двух паромах. Они были настолько узкими, что двум подводам порой не удавалось разъехаться, и неудачник сваливался с возом в воду. В вечернее и ночное время паромы и мостки не освещались. На мостках постоянно теснились люди, подводы, далеко разносилось ржание лошадей, брань паромщиков и извозчиков. Многим сельчанам сутками приходилось ждать, чтобы попасть в город и вернуться обратно. По этой причине задерживалась и почта, в том числе правительственная. Поэтому в 1910 году городская управа приобрела собственный пароход и баржу, что улучшило перевоз, хотя и не разрешило проблему полностью. В эти годы стало больше внимания уделяться благоустройству города. Городская управа добилась права взимать попудный сбор с проходящих и отходящих по железной дороге грузов и за счет этих средств начала мощение центральных улиц. Мостовые выкладывались по типу рижских – из грубых камней на песчаном основании. Домовладельцев, проживающих в центре, обязали засадить деревьями прилегавшие к дому части улиц. Появились и линейные посадки тополя. Однако большая часть улиц по-прежнему оставалась грязной и труднопроходимой. Не было и освещения. Первые фонари появились в Новониколаевске в декабре 1912 года со сдачей в эксплуатацию первой электростанции мощностью 158,25 квт. Ее энергия пошла, в первую очередь, на освещение предприятий, контор, торговых помещений, ресторанов, квартир зажиточных горожан, к ней было подключено 540 абонентов. Для развивающегося города этого, конечно, было недостаточно, поэтому в 1913 году планировалось сооружение еще одной электрической станции мощностью 670 квт, но начавшаяся империалистическая война помешала осуществлению этого плана. Еще одной жизненно важной проблемой для Новониколаевска было снабжение населения водой. Поскольку большая часть города отделялась от Оби полотном железной дороги, имевшем лишь 4 переезда, это затрудняло водообеспечение. В центре горожане брали воду из водокачек и артезианских колодцев, на окраинах прямо из Оби и Каменки. Отдаленность от водоемов мешала при пожарах, которые были не редкостью. Дороговизна городской земли способствовала скученности строений, что делало город, состоящий в основном из деревянных домов, очень уязвимым в противопожарном отношении. Особенно трагическим оказался пожар, начавшийся 11 мая 1909 года на Каинской улице, где из-за плохой топки загорелась маленькая избушка, а затем сеновал. Пламя охватило большую часть города. Его не могли погасить несколько дней, а, когда, наконец, пожар утих, предстала печальная картина почерневшего города. На месте 22 кварталов на пепелище стояли лишь остовы печей да обгоревшие деревья. Без крова осталось более 6 тысяч человек, выгорело 800 домов, много магазинов и складов, прервалась телеграфная связь. Основную часть города предстояло возводить заново.

Ключевые слова: История Новосибирска